Уникальные публикации PubMed, Europe PMC и Crossref, сохранённые в библиотеке. Одна статья учитывается один раз, даже если получена из нескольких источников. Личные исследования и документы команд не публикуются.
Идёт проверка счётчикаДоступно в поиске—
Публикации, уже подготовленные для быстрого поиска. Остальная библиотека подключается в фоне.
Переведено на русский—
Готовые переводы среди доступных в поиске публикаций. Автоматический медицинский перевод и проверка специалистом учитываются отдельно.
Полные тексты—
Найденные полные тексты среди доступных в поиске публикаций. Доступность определяется первоисточником и условиями использования.
Оригиналов на русском—
Русскоязычные оригиналы доступны без ожидания перевода. Ниже — языки остальных оригиналов; для них готовится медицинский перевод на русский.
Пополняем библиотеку по диагнозам—Проверяем состояние обновлений
Для каждого диагноза из справочника МКБ-10 ищем связанные публикации в научных базах и добавляем их в библиотеку. Числа ниже — диагнозы, а не статьи.
Если сбор прервался, тема требует повторной попытки. Уже сохранённые статьи остаются в библиотеке.
Нажмите на показатель для подробностей. Показатели поиска обновляются автоматически; размер всей библиотеки сверяется отдельно. Время последней проверки указано явно.
Результаты поиска
1513 публикаций
Поиск: 61 мс
Публикации на разных языках · PubMed, Europe PMC и данные издателей через Crossref · 21 с найденным полным текстом
International journal of gynaecology and obstetrics: the official organ of the International Federation of Gynaecology and Obstetrics2014eng
OBJECTIVE: To assess the effects of the RHANI (Reducing HIV among Non-Infected) Wives intervention on marital conflict and intimate partner violence (IPV) in urban India.
METHODS: A 2-armed cluster-randomized controlled trial (7 intervention, 6 control clusters) of the RHANI Wives intervention was conducted with 220 women contending with a history of IPV and/or husband's drunken behavior. Participants were surveyed at baseline and 4.5-month follow-up. Outcome measures included marital conflict (arguments with husband in past 3 months), marital IPV (physical or sexual violence from husband in
СтатьяРандомизированное исследованиеПоддержка NIH: внешняя программаПоддержка исследования: вне правительства СШАПоиск полного текста в очередиПеревод в очереди
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
AIM: The purpose of this study is to compare health outcomes and flourishing between children (age 6-17) whose mothers experience high versus low exposure to post-separation abuse and coercive control (PSA).
DESIGN: Exploratory sequential mixed-methods study.
METHODS: Cross-sectional survey with community-based, convenience sample of family court-involved mothers in the United States (N = 497). Independent variable measured by subscales of the Healthcare, Economic, and Legal PSA and Coercive Tactics Scale (HELP-T). Health outcomes measured by items from National Survey of Children's Health.
СтатьяПолный текст не найденПеревод в очереди
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
Health insurance coverage for incarcerated citizens is generally acceptable by Western standards. However, it creates internal tensions with the prevailing justifications for public healthcare. In particular, a conceptualization of medical care as a source of autonomy enhancement does not align with the decreased autonomy of incarceration and the needs-based conceptualization of medical care in cases of imprisonment; and rejecting responsibility as a criterion for assigning medical care conflicts with the use of responsibility as a criterion for assigning punishment. The recent introduction of
СтатьяПоиск полного текста в очередиПеревод в очереди
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
The United Nations Convention on the Rights of Persons with Disabilities requires a paradigm shift from a medical model of disability to a social model that emphasizes overcoming the barriers to equality created by attitudes, laws, government policies and the social, economic and political environment. The approach adopted by the social model recognizes that people with psychosocial disabilities have the same right to take decisions and make choices as other people, particularly regarding treatment, and have the right to equal recognition before the law. Consequently, direct or supported decis
Историческая статьяСтатьяПоиск полного текста в очередиПеревод в очереди
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
The purpose of the present study was to examine the psychometric properties of the Sexual Coercion Inventory (SCI; Waldner, Vaden-Goad, & Sikka, 1999), revised by the authors (SCI-R). Overall, 514 high school and college students from a Midwestern state completed the SCI-R. To complete the SCI-R, high school participants completed paper-pencil surveys with those younger than 18 obtaining parental consent; college students older than 18 completed computer-based and paper-pencil surveys. Exploratory factor analysis and reliability analyses were conducted to examine the validity of score interpre
СтатьяПоиск полного текста в очередиПеревод в очереди
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
BACKGROUND: The Communicable Diseases Act came into force in 1995. The Act authorises coercive examination and isolation of infected individuals. We wished to investigate how the provisions on coercion in this Act have been practised.
MATERIAL AND METHOD: We reviewed all the cases that had been processed by the National Commission for Communicable Diseases from 1995 to the end of 2013. We contacted doctors in regional health enterprises to collect information on any emergency decisions having been made. We collected information from the tuberculosis register on treatment outcomes for tubercul
Аннотация на английскомСтатьяПоиск полного текста в очередиПеревод в очереди
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
Past sexual victimization has been identified as a predictor of women's sexual risk-taking. In order to develop effective prevention and treatment programs, research is needed that examines perpetrators' characteristics. Thus, the goal of this study was to examine predictors of men's willingness to use coercive strategies to obtain sex without a condom. Male college students (n = 72) completed a survey that assessed past sexual assault perpetration, hostility, past misperception of women's sexual cues, usual alcohol consumption, and usual condom use. One month later, they participated in an al
СтатьяРандомизированное исследованиеПоддержка NIH: внешняя программаПолный текст не найденПеревод в очереди
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
Reproductive coercion is any behavior that attempts to control the autonomous reproductive decision-making of an intimate partner. Very little research has focused on males who perpetrate reproductive coercion. Using a diverse community sample of young adults, we examined the prevalence of lifetime reproductive coercion perpetration and its relationship with other forms of intimate partner violence (IPV). Results demonstrated that approximately 6.4% of the men reported perpetrating reproductive coercion in their lifetime. Chi-square analyses demonstrated that men who reported sexual (16.2%), p
СтатьяПоддержка NIH: внешняя программаПолный текст не найденПеревод пока не подготовлен
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
A review of the current body of literature on intimate partner violence (IPV) shows that the most common theories used to explain this public health issue are social learning theory, a general theory of crime, general strain theory, or a combination of these perspectives. Other criminological theories have received less empirical attention. Therefore, the purpose of this study is to apply Differential Coercion and Social Support (DCSS) theory to test its capability to explain IPV. Data collected from two public universities (N = 492) shows that three out of four measures of coercion (i.e., phy
СтатьяОбзорПолный текст не найденПеревод в очереди
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
OBJECTIVE: Reproductive coercion (RC)--birth control sabotage and coercion by male partners to become pregnant and to control the outcome of a pregnancy--has been associated with a history of both intimate partner physical and sexual violence (IPV) and unintended pregnancy among females utilizing reproductive health services. The temporal nature of associations of RC and unintended pregnancy (distinct from the impact of IPV), however, has remained less clear.
STUDY DESIGN: A survey was administered to females aged 16-29 years seeking care in 24 rural and urban family planning clinics in Penns
СтатьяПоддержка NIH: внешняя программаПолный текст не найденПеревод пока не подготовлен
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
The current study attempted to strengthen existing literature regarding predictors of perpetrating intimate partner sexual violence to determine if there are unique predictors of sexual violence that differentiate it from physical abuse. It was hypothesised that men's controlling, dominant and jealousy behaviours, and verbal aggression would significantly predict increased intimate partner sexual coercion and physical assault perpetration. These predictors were expected to be more predictive of sexual coercion than physical assault perpetration. Couples were recruited from the community (N = 1
СтатьяПолный текст не найденПеревод в очереди
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
Аннотация не предоставлена источником. Откройте карточку для перехода к публикации.
СтатьяПоиск полного текста в очередиПеревод в очереди
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
OBJECTIVE: To describe sexual interaction and HIV-related communication in Rwandan couples and to examine their relationship to HIV testing and condom use.
STUDY DESIGN: Cross-sectional survey of a longitudinal cohort.
METHODS: In 1988, women recruited for an epidemiological study of HIV, and interested male partners, received confidential HIV testing and counseling. Two years after enrollment, 876 women reporting one steady partner in the past year completed a questionnaire addressing sexual and HIV-related communication, sexual motivation and violence in the partnership.
RESULTS: Men cont
СтатьяПоддержка службы здравоохранения СШАПолный текст не найденПеревод в очереди
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
Biomedical advancements in HIV prevention and treatment have provided opportunities for women living with HIV to move through pregnancy, give birth, and breastfeed while effectively removing the risk of vertical transmission of HIV to their child. However, existing evidence suggests that the reproductive health and rights of women living with HIV are threatened through coercive practices in healthcare settings because of their HIV status. The objective of this scoping review was to synthesise evidence and identify gaps in the literature on reproductive coercion experienced by women living with
СтатьяScoping ReviewПолный текст не найденПеревод в очереди
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
This article focuses on coercion in contemporary psychiatry through the autoethnographic account of Peter, a mental health peer worker who experienced psychosis and coercive psychiatric interventions. Using Peter's personal narrative and poetry as a prism, this study critically underscores the complex and multifaceted nature of coercion, which extends beyond overt methods and techniques into subtler, informal psychological pressures and systemic constraints that often go unaddressed. Peter's narrative also emphasises the harmful effects of informal coercion, particularly its links to past trau
СтатьяПолный текст не найденПеревод в очереди
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
BACKGROUND: Reproductive coercion (RC) is a type of abuse where a partner asserts control over a woman's reproductive health trajectories. Recent research emphasizes that RC experiences may differ within and across low- and middle-income countries (LMICs), as compared to higher income contexts, given social pressures surrounding childbearing. To date, nationally representative surveys have lacked comprehensive measures for RC, leading to gaps in understanding its prevalence and risk factors. Across eight LMICs (10 sites), we aimed to (1) validate the RC Scale; (2) calculate prevalence of RC an
СтатьяПоиск полного текста в очередиПеревод в очереди
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
Male-perpetrated female-directed violence (FDV) may be associated with greater sexual access to a female. Accordingly, FDV is expected to be associated with greater copulation frequency. Research on nonhuman primates affirms this hypothesis, but no previous research has investigated this relationship in humans (Homo sapiens). The current research tests the hypothesis that FDV is associated with in-pair copulation frequency and, thus, may function as a form of sexual coercion. It was predicted that men who perpetrate FDV will secure more in-pair copulations than men who do not perpetrate violen
СтатьяПолный текст не найденПеревод в очереди
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
Very little research has focused on men or prisoners as victims of sexual violence. This study provides the first population-based analysis of factors associated with sexual coercion of men in Australian prisons, and the first to use a computer-assisted telephone interview to collect this information in a prison setting. A random sample of men in New South Wales and Queensland prisons were surveyed using computer-assisted telephone interviewing. We asked participants about sexual coercion, defined as being forced or frightened into doing something sexually that was unwanted while in prison. As
СтатьяПоиск полного текста в очередиПеревод в очереди
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
The present study developed and contrasted predictive models of male nonphysical sexual coercion (e.g., verbal pressure or manipulation) and physical sexual aggression (e.g., incapacitation, physical force, or threats) using a sample of 369 incarcerated males to identify shared and unique risk factors for each form of sexual perpetration. Results revealed a set of shared risk characteristics that predisposed individuals to both sexual coercion and aggression (i.e., belief in rape myths, sexual promiscuity, aggressive tendencies, and empathic deficits). In addition, findings indicated that whet
СтатьяПоддержка NIH: внешняя программаПоддержка исследования: вне правительства СШАПоиск полного текста в очередиПеревод в очереди
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
Police interrogators routinely use deceptive techniques to obtain confessions from criminal suspects. The United States Executive Branch has attempted to justify coercive interrogation techniques in which physical or mental pain and suffering may be used during intelligence interrogations of persons labeled unlawful combatants. It may be appropriate for law enforcement, military, or intelligence personnel who are not physicians to use such techniques. However, forensic psychiatry ethical practice requires honesty, striving for objectivity, and respect for persons. Deceptive and coercive interr
СтатьяПолный текст не найденПеревод в очереди
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.