Уникальные публикации PubMed, Europe PMC и Crossref, сохранённые в библиотеке. Одна статья учитывается один раз, даже если получена из нескольких источников. Личные исследования и документы команд не публикуются.
Идёт проверка счётчикаДоступно в поиске—
Публикации, уже подготовленные для быстрого поиска. Остальная библиотека подключается в фоне.
Переведено на русский—
Готовые переводы среди доступных в поиске публикаций. Автоматический медицинский перевод и проверка специалистом учитываются отдельно.
Полные тексты—
Найденные полные тексты среди доступных в поиске публикаций. Доступность определяется первоисточником и условиями использования.
Оригиналов на русском—
Русскоязычные оригиналы доступны без ожидания перевода. Ниже — языки остальных оригиналов; для них готовится медицинский перевод на русский.
Пополняем библиотеку по диагнозам—Проверяем состояние обновлений
Для каждого диагноза из справочника МКБ-10 ищем связанные публикации в научных базах и добавляем их в библиотеку. Числа ниже — диагнозы, а не статьи.
Если сбор прервался, тема требует повторной попытки. Уже сохранённые статьи остаются в библиотеке.
Нажмите на показатель для подробностей. Показатели поиска обновляются автоматически; размер всей библиотеки сверяется отдельно. Время последней проверки указано явно.
Результаты поиска
1513 публикаций
Поиск: 58 мс
Публикации на разных языках · PubMed, Europe PMC и данные издателей через Crossref · 21 с найденным полным текстом
The journal of behavioral health services & Исследование2005eng
Debate continues on issues of involuntary treatment for individuals with behavioral healthcare problems. Women with co-occurring disorders and histories of abuse are an especially vulnerable population. This study seeks to increase our knowledge about the experiences of coercion for women in the behavioral healthcare system. Patterns of coercion are explored. This study did not find the predicted relationship between high levels of interpersonal violence and frequent involuntary treatment experiences. The results do offer support for the hypothesis that women are more likely to be currently ma
СтатьяМногоцентровое исследованиеПоддержка правительства СШАПоддержка службы здравоохранения СШАПоиск полного текста в очередиПеревод в очереди
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
Little is known about the extent to which admission to alcohol and other drug treatment programs is perceived as a coercive imposition. This is because coercion is typically inferred from referral source rather than measured. In this study, clients (N = 300) entering substance abuse treatment were assessed on structural variables (sociodemographic background, criminal history, current legal status, referral source), psychological variables (personal beliefs about substance abuse, perceived interpersonal pressures), alcohol/drug use, and perceived coercion. Mandated treatment status predicted p
СтатьяПоддержка исследования: вне правительства СШАПолный текст не найденПеревод пока не подготовлен
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
OBJECTIVE: To describe and classify mistreatment during maternity care as described by a diverse set of women across the United States.
DESIGN: Interpretive description qualitative analysis.
SETTING: Qualitative data were collected via a web-based survey (n = 1151) and in semi-structured interviews (n = 25).
SAMPLE: Adult women with a history of caesarean who had a subsequent birth (of any mode) in the United States in the 5 years preceding study participation.
METHODS: Deductive Content Analysis was employed using a priori codes based on Bohren et al.'s Typology of Mistreatment of Women d
СтатьяПолный текст не найденПеревод в очереди
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
Reproductive coercion and abuse is a hidden and poorly recognised form of violence against women. It refers broadly to behaviours that interfere with or undermine a person's reproductive autonomy, specifically to promote or prevent pregnancy. Reproductive coercion and abuse can involve physical, sexual, financial or psychological abuse in order to achieve these aims, and is overwhelmingly perpetrated by men against women. As an emerging field of scholarship, conceptual understanding of reproductive coercion and abuse is still in its infancy; however, it is often described as being linked to co
СтатьяПоддержка исследования: вне правительства СШАПолный текст не найденПеревод в очереди
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
Professionals occupy a position of esteem in society. Doctors and health professionals tend to score especially highly on public opinion surveys of trust. Sexual violence and abuse (SVA) by medical professionals towards their patients is a grave breach of that confidence. This paper uses thematic analysis of a paradigmatic case study of doctor abuse, drawn from a larger sample of semi-structured interviews conducted for an Economic and Social Research Council (ESRC) funded United Kingdom (UK) study 2015-2018 into justice and gender based violence. It explores how professional authority can bot
СтатьяПолный текст не найденПеревод в очереди
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
The increased accessibility and use of pornography in Western society highlights the emergent need to understand the relationship between its use and sexual coercion. Decades of research have demonstrated a consistent relationship between pornography use and engaging in sexually aggressive behavior, although what drives this relationship remains largely unexplained. Researchers have recently presented potential explanations for these relationships, such as the use of violent pornography types, the development of aberrant sexual scripts, and the frequency of pornography use. This study seeks to
СтатьяПолный текст не найденПеревод в очереди
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
BACKGROUND: Women with disabilities experience higher rates of intimate partner violence (IPV) than the general population. Reproductive coercion, a type of intimate partner violence, is associated with an increased risk of unintended pregnancy (UIP), yet little is known about this relationship among women with disabilities.
OBJECTIVE: This qualitative descriptive study explored perspectives of women with disabilities who had experienced an UIP as a result of reproductive coercion.
METHOD: In-depth, semi-structured telephone interviews were conducted with nine women living with diverse disab
СтатьяПоддержка NIH: внешняя программаПоиск полного текста в очередиПеревод в очереди
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
Evidence suggests that both men and women perpetrate sexual coercion. Psychological factors, including psychopathic traits and power motivations, have been proposed to characterize male-perpetrated sexual coercion; however, it is unclear whether these factors play a similar role in female-perpetrated coercion or whether other motivations (e.g., intimacy, affect regulation) should be considered. To improve our understanding in this area, the current study first examined relationships between psychopathic traits and sexual coercion in a sample of 1199 undergraduate students (756 women), with gen
СтатьяПоддержка исследования: вне правительства СШАПолный текст не найденПеревод в очереди
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
The present study examined the relationships between psychopathic traits, gender, and sexual coercion perpetration in the specific context of intimate partner relationships. Community-dwelling adult men and women with recent criminal or substance-use histories (N = 300) completed self-report measures of psychopathic personality traits (interpersonal, affective, lifestyle, and antisocial facets), sexual coercion perpetrated within their most recent relationship, and other relevant behaviors including physical intimate partner violence perpetration and sexual coercion victimization. Results of r
СтатьяПоиск полного текста в очередиПеревод пока не подготовлен
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
Anorexia nervosa is diagnosed on the basis of well-defined diagnostic criteria and requires treatment, as it is associated with the highest mortality rate of all mental illnesses. In Poland, anorexia nervosa is not considered a mental illness, although the opinion of researchers and clinicians are divided. To reduce the death rate of AN correct and early diagnosis, appropriate treatment starting immediately and the appropriate regulations to allow people to take the AN treatment against their will are necessary. In our work, we presented the treatment of patients with severe mental anorexia wi
Клинический случайАннотация на английскомСтатьяПолный текст не найденПеревод пока не подготовлен
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
One-hundred and four alcoholics, 73 men and 31 women, were treated at Karlsvi Rehabilitation Center between November 1990 and December 1992. Fifty-eight subjects were compulsorily treated and 46 voluntarily treated. Experiences of negatively perceived coercion were assessed in the beginning of treatment and at discharge after 5-6 months by using the semi-structural interview according to Eriksson-Westrin. Locus of control was measured by using the Swedish version of the Rotter-scale for external/internal attribution. Axis I psychiatric comorbidity was assessed according to the Structural Clini
СтатьяПоддержка исследования: вне правительства СШАПоиск полного текста в очередиПеревод в очереди
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
Intimate partner sexual violence is a serious problem and difficult to detect, often due to beliefs, myths and gender stereotypes. This study analyzes whether women identify this violence better through direct questions about sexual coercion, using the Semi-structured Interview for the Exploration of Intimate Partner Sexual Violence (EVS), which examines the characteristics and circumstances of these situations. A total of 110 women participated, divided into two groups: 80 who sought help at a center for victims of intimate partner violence and have therefore overcome common barriers to askin
СтатьяПолный текст не найденПеревод в очереди
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
OBJECTIVE: To determine the association between health-risk behaviors and a history of sexual coercion among urban Chinese high school students.
DESIGN: A cross-sectional study was performed among 109,754 high school students who participated in the 2005 Chinese Youth Risk Behavior Survey. Data were analyzed for 5,215 students who had experienced sexual intercourse (1,483 girls, 3,732 boys). Multivariate logistic regression was used to determine the relationship between sexual coercion and the related covariates, and data were stratified by gender.
RESULTS: Of those students who had had sexu
СтатьяПоддержка исследования: вне правительства СШАПоиск полного текста в очередиПеревод в очереди
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
Reproductive coercion is a serious public health problem. Victimization has been associated with poor mental health outcomes, including symptoms of posttraumatic stress disorder (PTSD) and depression in clinical and college samples. We build on these findings by examining the association between reproductive coercion victimization and mental and behavioral health outcomes, including depression, PTSD symptoms, anxiety, and drinking behaviors in a diverse community-derived sample of female-identifying young adults (mean age = 20; SD=.72). Participants (n = 368) were originally recruited as part
СтатьяПоиск полного текста в очередиПеревод пока не подготовлен
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
Sexual coercion is defined here as a form of male sexual misconduct in which nonphysical tactics (e.g., verbal pressure) are utilized to gain sexual contact with an unwilling female partner. This study compares the risk characteristics of sexually coercive (n=81) and nonoffending college males (n=223) across several domains. Results revealed that sexual coercers differed from nonoffenders in that they more often subscribed to rape myths, viewed interpersonal violence as more acceptable, reported greater hostility toward females, and perceived male-female relationships as more inherently advers
СтатьяПолный текст не найденПеревод в очереди
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
Self-report measures of sexual violence that ask women whether they have experienced threats of physical violence have attracted criticism in recent years; detractors claim that these measures lead researchers to overestimate the prevalence of sexual violence. Our study explored this issue by collecting data on the prevalence of threats versus force in the context of sexual aggression. Female undergraduates at two universities (n1 = 69; n2 = 111) were asked about their experiences with sexual coercion using a revised version of the Sexual Experiences Scale (Koss and Gidycz, 1985). Four of the
СтатьяПоддержка исследования: вне правительства СШАПолный текст не найденПеревод в очереди
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
Аннотация не предоставлена источником. Откройте карточку для перехода к публикации.
СтатьяПолный текст не найденПеревод в очереди
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
BACKGROUND: Adolescent substance use is a growing public health concern in Sri Lanka, yet little is known about how youth are first exposed to and continue using illicit substances.
METHODS: This qualitative study explored the initiation and continuation of substance use among adolescents aged 10-17 years with a history of drug abuse. 48 adolescents were interviewed at the Youth Drug Addiction Prevention, Treatment & Rehabilitation Centre in Peradeniya, Sri Lanka, over a 1-year period. Data were collected through in-depth, semistructured interviews and analysed using reflexive thematic analys
СтатьяПоиск полного текста в очередиПеревод в очереди
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
BACKGROUND: The outbreak of COVID-19 in 2020 presented a major challenge to mental health care. Due to the risk of infection and the restrictions during the lockdown, outpatient treatment services were scaled down. This may have been particularly challenging for patients with Personality Disorders (PD), for which a stable outpatient treatment setting is especially important. The aim of the study was to investigate if PD patients have experienced longer inpatient stays and more coercive measures during the COVID-19 pandemic.
METHODS: In this multi-year, hospital-wide, longitudinal observationa
СтатьяНаблюдательное исследованиеПоиск полного текста в очередиПеревод пока не подготовлен
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.
BACKGROUND: Reproductive coercion (RC) refers to behaviours that interfere with an individual's autonomy over their reproductive health and decision-making. While traditionally attributed to partners or families, emerging research has highlighted the potential role healthcare providers may play in perpetrating and perpetuating RC. This study aims to explore the perspectives of Australian healthcare providers who deliver reproductive healthcare, focusing on their understanding of provider bias and coercion in the context of reproductive decision-making, both within their own practice and among
СтатьяПоиск полного текста в очередиПеревод в очереди
Обработка статьи · этапы, ошибки и управление
Загрузка состояния…
Ошибки и ограничения
История · было → стало
Состояние обновляется каждые 5 секунд, пока блок открыт. Процент показывается только там, где известен объём работы. Пауза останавливает продолжение этапа; текущий запрос к источнику может завершиться.